Suomi

Друзья, OST MC продлагает вспомнить трагедию Финской Зимней войны.

Осенью и зимой 1939 – 1940 годов разворачивались драматические события Советско-финляндской войны. Это рассказ об одном белом пятне в ее истории – гибели тысяч советских солдат и офицеров в лесах приполярной Финляндии.

Долгое время о событиях в районе деревни Суомуссалми не было написано ни абзаца, ни строчки, ни слова… Трагедия оставалась лишь в памяти чудом вырвавшихся из этого снежного ада участников сражений, узкого круга военных специалистов. Рассказывать о победах легко и приятно. Но необходимо знать и о поражениях, чтобы уметь избегать их в будущем. Тем более если эти поражения были предрешены военно-политическими просчетами.

Удар, которого финны не ожидали

Символом зимней войны стала «линия Маннергейма» на Карельском перешейке, которую части Красной армии, пытались штурмовать в лоб, неся тяжелые потери. Но севернее, вдоль государственной границы от Ладоги к Баренцеву морю, финская оборона была намного “прозрачнее” – ее держали не регулярная армия, а резервисты. Здесь финны мощного удара не ожидали, полагаясь на почти полное бездорожье.

Однако удар все-таки был нанесен. Красная Армия намеревалась пройти от восточной границы Финляндии до ее западного побережья, разрезав страну надвое, стремительным броском по направлению от деревни Суомуссалми до Оулу (Улеаборг).

30-го ноября 1939 года, дивизия начала наступление. И впервые дни операции именно ей, а не другим соединениям 9-й армии, сопутствовал наибольший успех. Несмотря на сложный рельеф местности, за первые четыре дня 163-я дивизия продвинулись вглубь финской территории на 50 километров, так как ей противостояли лишь финский батальон и мелкие подразделения пограничников. Но и такой успех не устраивал Главное командование, которое ожидало более высоких темпов продвижения. 2 декабря оно потребовало «всемерно форсировать продвижение наших войск».

И 163-я дивизия продолжала развивать наступление. 6 декабря один из полков вышел на ближние подступы к Суомуссалми – важному транспортному узлу, который обороняли два пехотных батальона. 8 декабря 81-й и 759-й полки, наступавшие с двух направлений, овладели Суомуссалми.

Последний резерв Маннергейма

Финское командование, сознавало всю ту опасность, которую таила в себе потеря Суомуссалми. Поэтому оно спешно перебросило в этот район свой резерв – пехотный полк, который ранее планировали отправить на защиту линии Маннергейма. Полк вместе с батальонами, оборонявшимися под Суомуссалми, влились в сформированную бригаду под командованием полковника Хьялмаром. Сииласвуо, который получил приказ от самого главковерха Маннергейма уничтожить русских. Он предпринял простую тактику: рассекать силы противника на части и постепенно уничтожать их.

У финнов было пять батальонов, а у красноармейцев – два полка дивизии Зеленцова. Заняв узловые пункты дороги Раате и отрезав для дальнейшего продвижения 163-й дивизии практически все направления, полковник Сииласвуо начал штурм Суомуссалми. После недели ожесточенных боев к финнам подошло подкрепление. Появились даже артиллерийские и противотанковые орудия.

Ставка советского Главного командования, обеспокоенная неблагоприятным развитием событий, потребовала срочно восстановить положение и перебросить на помощь 163-й дивизии новые силы.

Из телеграммы от 19 декабря 1939 года командующему 9-й армией:

НЕМЕДЛЕННО по прямому проводу

Дело в Суомуссалми ухудшается. Приказываю принять все меры и срочно без промедления бросить все силы 44 сд для того, чтобы не дать противнику окружить и взять в плен два полка 163 стрелковой дивизии. Бросить всю авиацию для помощи 163 стрелковой дивизии… Непосредственное руководство и ответственность за проведение боевых действий по оказанию помощи 163 стр. дивизии возлагается лично на Вас. Предупреждаю, что за возможную катастрофу 163 стр. дивизии лично будете отвечать вы. Немедленно донести о Ваших действиях и распоряжениях.

ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ – К. ВОРОШИЛОВ

ЧЛЕН ГЛАВНОГО ВОЕННОГО СОВЕТА – И. СТАЛИН

НАЧАЛЬНИК ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА – Б.ШАПОШНИКОВ

Лишенные путей подвоза материальных средств, 81-й и 759-й стрелковые полки 163-й стрелковой дивизии после ожесточенных боев 28 декабря оставили Суомуссалми и начали отход на северо-восток.

Тем временем на выручку уже двигалась 44-я дивизия, которой была поставлена задача нанести удар по Суомуссалми, деблокировать дорогу на Раате и соединиться с частями 163-й стрелковой дивизии. Однако развертывание дивизии, переброшенной в Карелию из Житомира, шло медленно. Некоторые подразделения и части к этому времени еще не успели выгрузиться из железнодорожных эшелонов. Из-за нехватки автотранспорта бойцы двигались походным маршем. Причем дивизия, была не подготовлена к ведению боевых действий в условиях суровой зимы. Личный состав не имел ни теплых полушубков, ни валенок, ни рукавиц. Бойцы были одеты в тонкие шинели и брезентовые сапоги. А морозы уже достигали 40 градусов.

В это время финская радиоразведка уже перехватила данные о 44-й дивизии, спешившей на помощь окруженцам. И тогда полковник Сииласвуо пошел на большой риск. На узкой перемычке между озерами Куйваярви и Куоманярви на пути двигавшейся по дороге Раате дивизии он выставил заслон, а из ближайших лесов стал наносить упреждающие удары силами летучих отрядов лыжников. На той войне лыжи вообще оказались едва ли не идеальным средством передвижения. К тому же у финнов была отличная лыжная подготовка: они умели также отлично ползать по-пластунски, не снимая лыж, и даже в случае необходимости забираться в них на деревья. Кроме того, советские бойцы испытали на себе эффективность действия финских снайперов («кукушек”)

Из-за того, что практически вся 44-я дивизия шла пешком, колонна растянулась на 30 километров. В результате, уставшие от многокилометрового перехода части дивизии вступали в бой с марша. Снег и сложный рельеф местности препятствовали комдиву Виноградову толком использовать боевую технику. Поэтому удар 44-й дивизии получился слабым, а положение 163-й дивизии оставалось все таким же тяжелым: ее силы иссякали.

Но и сама 44-я стрелковая дивизия оказалась в сложном положении. После освобождения Суомуссалми полковник Хьялмар Сииласвуо перегруппировал свои части: теперь основные силы он перенацелил именно против 44-й дивизии. Фланговыми ударами по растянувшимся вдоль дороги частям дивизии он перерезал ее коммуникации в нескольких местах, лишив подвоза боеприпасов, горючего и продовольствия, возможности эвакуировать раненых. К этому времени 44-ю стрелковую дивизию отделяли от 163-й дивизии всего 10 километров.

Из-за отсутствия взаимодействия и отсутствия связи комдив 163-й дивизии Зеленцов, не дожидаясь подхода частей 44-й стрелковой дивизии, и не согласовав свои действия с комдивом Виноградовым, принял решение на выход из окружения самостоятельно. Дивизия преодолела по льду озеро Кианта-ярви, и вышла к советско-финляндской границе, потеряв при этом около 30 процентов личного состава, а также большое количество военной техники и оружия. Командование не смогло организовать грамотный отход, и если бы не героизм бойцов и командиров 81-го горнострелкового полка, прикрывавшего отступление главных сил, то потери могли бы быть еще больше

Вину за неудачу и сорвавшееся наступление, Ставка советского Главного командования свалила на командующего 9-й армией Духанова и начальника штаба армии Соколовского. Их отстранили от занимаемых должностей. Арестовали и отдали под суд командира наиболее пострадавшего 662-го стрелкового полка Шарова и комиссара Подхомутова. Они “чистосердечно” признались во вредительстве и были расстреляны.

Разгром 44-й дивизии

… А положение 44-й стрелковой дивизии ухудшалось с каждым часом. В результате ударов, предпринятых финскими войсками с 30 декабря 1939 года по 4 января 1940 года, дивизия была расчленена на шесть очагов сопротивления. К сожалению, комбриг Виноградов не сумел разгадать маневр финских войск и организовать им отпор. Кроме того, финны знали о планах советского командования, поскольку еще 27 декабря они захватили ряд приказов по 44-й дивизии и успели приготовиться к отражению атак в нужных местах. А спустя несколько дней сами перешли в контратаки. Положение усугубилось тем, что в самый ответственный момент один из батальонов дивизии, бойцы которого уже несколько дней не получали горячей пищи, самовольно оставил фронт. В результате обнажился левый фланг дивизии, чем и воспользовались финны.

2 января финские лыжные отряды перерезали единственную дорогу, по которой двигалась дивизионная колонна. Скученные на небольшом участке люди и техника стали отличной мишенью для финской артиллерии. Предпринятые 2-4 января попытки прорыва не удались. Командир дивизии Виноградов и начальник штаба дивизии Волков потеряли управление войсками. Они еще 4 января просили у командования 9-й армии разрешения на выход из окружения без тяжелого вооружения и техники, так как не было ни горючего, ни лошадей. Часть лошадей пала от голода, остальных съели окруженные бойцы. К тому же финны организовали так называемую «карусель» – небольшие финские лыжные летучие отряды постоянно наносили беспокоящие удары. Внезапно появляясь на флангах и в тылу советских частей, они открывали плотный огонь, а затем внезапно исчезали. Ударам подвергались не только подразделения, но и штабы. Это вносило сумятицу, нарушало связь, дезорганизовывало управление. Вдобавок стояли лютые морозы, и солдаты если не погибали от пули, то замерзали насмерть в своих тонких шинелях. Но командарм из-за отсутствия резервов не мог оказать существенной помощи окруженным частям. В его распоряжении имелись лишь батальон и гаубичный артиллерийский полк, избежавшие окружения, и 5 рот, сформированных из прибывшего пополнения. Но, такими силами удалось лишь потеснить финнов всего на полкилометра. Все попытки прорвать кольцо вокруг частей 44-й дивизии были безуспешными.

Получив в 10 часов вечера разрешение командования 9-й армии: «Действовать по собственной инициативе», Виноградов 7 января на свой страх и риск приказал «уничтожить матчасть и отходить разрозненными группами по лесам на восток в район Важенваара». К этому времени и так уже начался беспорядочный отход, перешедший в бегство.

Полковник Сииласвуо так описывал это отступление: «Паника окруженных все росла, у противника больше не было совместных и организованных действий, каждый пытался действовать самостоятельно, чтобы спасти свою жизнь. Лес был полон бегущими людьми. Бойцы бросали не только пушки и пулеметы, но и винтовки. Многие красноармейцы погибли, застигнутые бураном. Их тела нашли и захоронили весной, после схода снега. В полдень 7-го числа противник начал сдаваться, в основном это были раненые. Голодные и замерзшие люди выходили из землянок. Одно-единственное гнездо продолжало сопротивляться, на время его оставили в покое… Мы захватили немыслимо большое количество военных материалов, о которых наши части не могли мечтать даже во сне. Досталось нам все вполне исправное, пушки были новые, еще блестели… Трофеи составили 40 полевых и 29 противотанковых пушек, 27 танков, 6 бронеавтомобилей, 20 тракторов, 160 грузовых автомобилей, 32 полевые кухни, 600 лошадей.

К вечеру 7 января первые группы бойцов дивизии во главе с ее командиром и штабом прибыли в Важенваара. Люди выходили из окружения в течение нескольких дней. По финским данным, в плен попало около 1300 человек. 44-я дивизия лишилась почти всего вооружения и боевой техники. 40 процентов вышедших из окружения бойцов были даже без винтовок.

Комдива расстреляли перед строем

Таким образом, планы советского командования по соединению двух дивизий и их стремительному броску по самому короткому пути к западной границе Финляндии были сорваны. Остатки 163-й дивизии ушли обратно на север и до конца войны закрепились в местечке Юнтусранта, а 44-я (численностью около 17 с половиной тысяч человек) была разгромлена. (Потери личного состава дивизии превысили 70 процентов). Выйти из окружения удалось лишь немногочисленным группам и одиночкам, которые сразу попали в руки НКВД.

Справка: В общей сложности финские войска потеряли под Суомуссалми около 800 человек, наши – около 23 тысяч (убитые, раненые, пропавшие без вести, обмороженные). Финские специалисты, рассматривая причины разгрома 44-й дивизии, особое внимание уделяют психологическим факторам: на дороге Раате столкнулись два военных образца мышления, один из которых безоглядно верил в технику, другой – в более эффективного в здешних условиях легковооруженного бойца.


Видеоотчеты